February 7th, 2014

да?

Аниме как искусство. Аниме как наследие. Аниме как дерзкий эксперимент.

Тише, деточка, не плачь:
Ходит по двору палач…
(Из колыбельной)

«Аякаси: классику японских ужасов» я начинала смотреть с чувством самодовольства и в предвкушении того, как сейчас моя самооценка взлетит до небес, ибо считала себя ПОДГОТОВЛЕННЫМ зрителем. В моем багаже уже имелись: а) книжки по японской мифологии, б) сборник японских страшных рассказов «Пионовый фонарь», в) разные статьи и заметки по японской культуре, найденные в Интернете, г) японские «Темные воды», а также все «Звонки», д) немалое количество аниме, в частности, что мне казалось немаловажным, е) «Магазинчик ужасов» («Pet shop of horrors»).

Из аннотации к «Аякаси» я узнала, что это аниме состоит из трех историй, различающихся как сюжетом, так и манерой исполнения.

«Нуте-с, нуте-с, – потирая ручки, думала я, – сейчас будем эстетствовать и умничать, умничать и эстетствовать».

«ОБЛОМИСЬ! »

Японский городовой! Может быть, виноват был еще и не очень качественно выполненный перевод, но, честно признаюсь, я раз пять запускала первую серию с начала, чтобы разобраться, кто кого любил, кто на ком женился, кто зачем убился, кто рожает, а кто мстит. И где-то к середине первой серии мне таки удалось вникнуть почти во все. Правда, к тому времени моя самооценка уже жалобно пищала, съежившись где-то под плинтусом.

Надо сказать, дальше пошло веселее. «Въехав» в специфику «Аякаси», уловив ритм повествования, я уже продолжала смотреть это аниме с интересом и не без удовольствия.


Но обо всем по порядку.Collapse )

Если новелла «Бакэнэко» вам понравилась, переходите к следующему упражнению: «Mononoke», 2007 г.
Этот сериал уже полностью посвящен Аптекарю. И там тоже фигурирует Каю. Аж полтора раза.
да?

Аниме как искусство. Аниме как наследие. Аниме как дерзкий эксперимент.(2)

МОНОНОКЭ

Эта вещь несомненно собрала бы сливки со всех кинофестивалей земного шара, будь туда допущены сериалы (как ни обожаю я Миядзаки-сэнсэя, его мировое признание многим обязано именно удачному формату).

"Мононокэ" обладает собственным изобразительным языком, абсолютно невероятным до 2006 года, когда Toei Animation впервые доверили Кэндзи Накамуре режиссерский мостик и режиссерский штурвал "Бакэнэко" в "Аякаси", – до этого кто бы поверил, что аниме можно рисовать ТАК? Накамура-сама начал осторо-ожненько, эдак исподтишка: всего-навсего сделал третью арку после двух вполне заурядных (работы двух других режиссеров). Поэтому впечатление от "Аякаси" в целом как от общения с невзрачным человечком, который весь вечер в гостях вел чинную беседу о погоде и ценах на нефть, а уходя вдруг ухарски сорвал галстух, скаканул в воздух, выделывая танцевальное па, и с воплем: "Эх, не поминайте лихом! " – выбросился за дверь. Потому "Бакэнэко" это еще не шедевр, это только предчувствие шедевра, тогда как "Мононокэ" – вдумчивая и искусная работа людей, уже знающих полный золотой вес своего творения и не вынужденных ловить краем глаза одобрение или осуждение кого бы то ни было.



Другая сторона очарования "Мононоке" заключается в поразительном, традиционно азиатском умении играть с чистыми эмоциями и полутонами переживаний. О существовании психологической реальности, плавно и неуловимо перетекающей в реальность мистическую, – явление, которое Запад впервые открыл для себя только на грани 19 и 20 веков, благодаря Фрейду и Юнгу, – в Азии было известно с добуддийских времен. Сначала с ней работали шаманы, затем буддизм предложил свой утонченный инструментарий, фильтруясь через Тибет, это приобрело форму Дзогчена, через Китай – Чань-буддизма, и японцы, великие мастера заимствований и прививаний, восприняли и преобразили и это. Психологизм и эмоциональность входят в плоть и кости японской культуры, также, как мистицизм и поэтичность – все то, на чем строится и чем захватывает "Мононокэ".
Read more...Collapse )